Костюм Византийской империи (IV—XV века)

Попытки возродить былое могущест­во Римской империи обрели кон­кретную форму в начале IV века, ко­гда в 330 году по инициативе импе­ратора Константина столица — ад­министративный центр государ­ства— была перенесена на восток, в Византию. Вслед за этим Римская империя была разделена на Восточ­ную и Западную. Расположение Ви­зантии на стыке торговых путей между востоком и западом благо­приятствовало развитию и процвета­нию экономики этого нового обшир­ного государства. Совершенство ре­месел, активная торговля, большое количество свободных крестьян яв­лялись теми основными условиями, которые замедлили процесс феода­лизации Византийской империи на несколько столетий. В этом государ­стве зародилась и развилась новая своеобразная культура, впитавшая в себя и эллинистическую, в ее провинциальных вариантах, и восточ­ную — христианскую.

Положение  ролей в системе хри­стианского мироздания было обус­ловлено учением о греховности человеческой природы.

Это можно понять лишь изучив историю Византии и познав особен­ности мировосприятия этой наслед­ницы культуры и философии древ­них греков.

С принятием и распространени­ем христианства в Византии посте­пенно формируется несравненно бо­лее сложная система отношения че­ловека ко Вселенной, чем та, кото­рая существовала во времена язычества. Не вдаваясь в подробно­сти становления богословского уче­ния, мы можем вкратце элементарно суммировать лишь основные общие положения, которые безусловно по­влияли на развитие и становлении особенностей искусства Византии. С распространением христианства Вселенная воспринималась визан­тийцами как единая система миро­здания, в которой земля, всегда об­ращенная к небу, занимала особое место. Только на землю снизошел Бог Сын — Христос и только люди познали «троичность во единстве Бо­га»— создателя всей Вселенной. На этой почве возникает сложная систе­ма символов, как бы объединяющая видимый мир с невидимым божест­венным миром. И архитектура, и строительство храмов, и украше­ния— мозаичные повествования на стенах этих храмов, и прикладное ис­кусство, и парадные костюмы царей и придворных — все было основано на сложной системе символов, полу­чившей такое поразительное и непре­взойденное по неповторимой красо­те воплощение в византийском ис­кусстве. Всякая деталь, всякий ка­мень, включенный в рисунок на этой детали, имели символический смысл. Этот смысл прежде всего от­носился к цвету — голубой цвет не­ба, зеленый—символ надежды, цве­тения земли и райских садов. Золо­той цвет — символ божественной энергии. Святого Духа, чистоты и др.  Золото было «предметом пер­вой необходимости» в этом особом языке священных символов и в па­радных одеждах византийских «базилевсов» и их придворных.

Понятие о реальной земной жиз­ни как о юдоли скорби и греха, а о человеческом теле, как об источ­нике греха, нашло свое отражение и во внешнем облике людей Визан­тийской империи. Тело должно было быть закрытым. Античная обнажен­ность, выявляющие фигуру легкие ткани — все это воспринималось как соблазн, как порождение дьявола.

Создается новый идеал красоты; прекрасным может быть только ли­цо, ибо человеческая душа, духовное начало, смотрит на мир глазами, и ими познается как добро, гак и зло.

Однако новое учение не изменило природы людей, их естественных потребностей и желаний. Стремле­ние к красоте не только не пропало, но расцвело с какой-то особенной силой. Люди, отрицавшие ценность видимого мира, восстававшие про­тив роскоши, были создателями та­кой красоты, такой ослепительной роскоши, с которыми не многое мо­жно сравнить в мировом искусстве.

Мужской костюм

Император Юстиниан со свитой.
До 547 г. Фрагмент мозаики.
Равенна, храм Сан-Витале.
Костюм императора Юстиниана хотя и сохранил некоторую пластичность, свойственную древнеримским одеждам, но восточные влияния сказываются не только в массивности и пышности украшений, но и в новых элементах одежды. Узкая прямая тупика императора—«парагадион» с узкими длинными рукавами уже не имеет драпировок. Ее пояс расположен на бедрах. Боковые разрезы и низ туники отделаны полосой сплошной цветной вышивки на золотом фоне. Такие же две полоски украшают нижнюю часть рукава. На ногах у императора узкие длинные пурпуровые штаны-чулки и такого же цвета мягкие короткие башмаки, вышитые жемчугом и драгоценными камнями. Пурпуровый палудаментум сделан не из шерстяной, как было в Риме, а из тяжелой шелковой ткани. На нем нашит парчовый квадрат таблион — знак высшей императорской власти. На голове невысокий, разлатой формы венец— «стемма». Костюм приближенных сходен с костюмом императора, но вышивка на оплечьях их парагалионов без драгоценных камней, и количество пурпура ограничено лишь квадратным габлионом, нашитым на белые шерстяные хламиды.

Характерная часть восточного костюма — шта­ны, закрывавшие полностью ноги.— вошла и в византийский быт. Это были разъемные штаны, представля­вшие собой длинные чулки, которые привязывались к поясу. Сверху носи­ли тунику с суживающимися к запя­стью рукавами. Качество ткани, дли­на плаща определяли социальное по­ложение— основная часть населения Византийской империи носила туни­ку выше колен. Туника знат­ных доходила до середины икр. Верхней одеждой был плащ из шер­стяных и полушерстяных тканей, скрепленный спереди завязками. Кроме плаща византийцы носили и римскую пенулу, которая имела несколько вариантов покроя. Визан­тийская мужская обувь состояла из мягких сапог, подвязанных под коле­ном узким ремешком, и башмаков типа закрытых сандалий с перепле­тами почти до колен. Таков был ос­новной византийский мужской ко­стюм в начале существования импе­рии. В широких слоях населения на протяжении всей истории Византии (330—1453 годы) он мало изменялся. Основные, хотя и медленные из­менения костюма происходили в аристократических придворных кругах. Некоторые же формы существовали несколько столетий.

Уже в первые века существования Византийской империи роскошные шелковые ткани, часто украшенные

рисунком из разноцветных шелков и металлических нитей, получают большое распространение и прида­ют византийскому костюму аристок­ратов несравненный блеск и велико­лепие. ставшие его характерными че­ртами на протяжении всей истории страны. Особенно роскошным был костюм императоров, в котором они появлялись перед народом. В та­ком костюме изображен император Юстиниан на мозаике в храме Сен- Витале в Равенне (548 г.). Пурпур палудаментума, фибула с подвесками из драгоценных камней, золотой венец, украшенный многоцветными ка­мнями,— все должно было произво­дить неизгладимое впечатление на подданных.

На приближенных императора костюм менее пышный, также состо­ящий из полудлинной туники и пла­ща с пурпуровым квадратом — «таблионом», являющимся знаком высо­кого общественного положения. Плечи и грудь туники украшены вышивкой; такое расположение вы­шивки стало традиционным в Визан­тии и перешло на одежду простолю­дина.

Постепенно знаком царского до­стоинства становится не только плащ, но и «лорум»—довольно уз­кий шарф из плотной парчовой ткани. украшенный золотыми чеканны­ми пластинками и драгоценными ка­мнями. Происхождение свое он ве­дет от древнеримского шарфа консулов, который они получали вместе с кольцом, когда назначались на консульство.

В эпоху поздней Римской импе­рии консульский шарф стали делать из парчи, а после того как в Визан­тии была уничтожена эта должность (римский консул был выборный, а в Византии император назначал на­местников). Шарф как древний сим­вол власти перешел в императорское одеяние.

Лорум надевали следующим об­разом: один конец опускали спереди (посередине) и на уровне груди, отве­рнув его под углом, перекидывали через плечо, на спину. На спине из лорума делали петлю, через нее про­девали оставшийся свободный ко­нец. пропускали его наперед и распо­лагали по левой руке.

Производство плотных шелко­вых и особенно парчовых тканей раз­вивается на протяжении столетий. С помощью таких тканей лучше все­го можно было воплотить византий­скую идею внешнего облика челове­ка. Действительно, плотная, почти негнущаяся ткань с крупным рисун­ком при простом прямом покрое со­здавала как бы футляр. Это легко можно проследить на примере импе­раторского костюма IX—XI веков.

Активные торговые и дипломати­ческие отношения с Малой Азией и особенно с Персией приводят к то­му, что восточные, главным обра­зом персидские, влияния проникают в быт византийцев. Так, наряду с су­ществующим парадным одеянием императора появляется совершенно новый вариант его костюма, возник­ший, безусловно, под персидским влиянием. Характерной особенно­стью одежды византийских импера­торов, перешедшей к ним от Рима, было то, что она не имела застежки, была «накладной», надевалась через голову. Большинство же восточных одежд имели застежку или запахива­лись с полы на полу. И такая одежда типа персидского кафтана, то есть прямая, неширокая, с узкими длин­ными рукавами и поясом, появляет­ся в обиходе византийских императо­ров. В этой одежде изображен импе­ратор Алексий Апоковка на миниа­тюре первой половины XIV века. На голове императора венец типа вос­точной тиары.

По древнеримскому обычаю, пу­рпуровые башмаки остаются знаком императорского достоинства. В Ви­зантии они были вышиты чеканны­ми золотыми бляшками с эмалью и драгоценными камнями.

Скудость светского изобрази­тельного материала не дает нам пол­ной картины костюма широких сло­ев населения. Однако на миниатю­рах X—XI веков встречаются немно­гочисленные изображения участни­ков сцен из жизни святых в интере­сных и новых для нас костюмах. Мо­жет быть, это даже не жители столи­цы, но, вероятнее всего, подданные и обитатели Византийской империи.

Коронация императора Уильяма. Мозаика.
Сицилия. Монреале, собор.
Костюмы византийских императоров. На протяжении полутора столетий костюм византийского императора в основных частях не изменился и был распространен в некоторых европейских государствах. Но его формы стали суше, далматика из очень плотной, тяжелой парчи — более узкой.

Так, пожилой человек с бородой, в кафтане с асимметричной застеж­кой и в остроконечной

Христос коронует короля Рожера.
Ок. 1143 г.
Мозаика Иарфика Мартораны в Палермо.
Лорум из парчи на плотной, почти не гнущейся подкладке уже нельзя было перекидывать через левую руку, как это было установлено обычаем. Поэтому к его концу пришивали кусок другой шелковой ткани — «форакион», который и спускали с левой руки.

шапке—невиданный тип среди стереотипных изо­бражений святых. Его ко­стюм настолько жизненный и реальный, что не вызывает сомнения в подлинности прототипа. Меховой околыш шапки и обувь позволяют предполагать, что это один из пред­ставителей западных славянских пле­мен, обитавших на территории Византии.

Ткани, которые использовались для костюмов основного населе­ния— шерстяные, полушерстяные, льняные.— одноцветные и с набив­ным рисунком; в одежде зажиточ­ных слоев горожан бытовали и полушелковые материи.

Сословный характер государства требовал ясных разграничений и во внешнем облике подданных. В Византии неоднократно запрещалось носить одежду из шелковых пурпуро­вых тканей с золотом. Только узкой группе привилегированных лиц раз­решалось носить подобную одежду.

Костюм воинов

Доспехи и ко­стюм воинов в Византийской импе­рии в основном были сделаны по римскому образцу (ил. 125).

Женский костюм

Женская одеж­да—длинная, прямого покроя, из плотных тканей—тщательно скры­вала тело.

Первые два столетия в Византии еще сохраняются римско-эллинистические формы костюма. Но начиная с IV—V веков появляется все боль­ше прямых одежд из плотных тка­ней, и легкая палла поздней Римской империи заменяется покрывалом, окутывающим всю фигуру. В это же время в аристокра­тической среде распространяется далматика, впервые появившаяся в Риме в III веке. Но византийская далматика из блестящей парчи с диа­гонально обрезанным подолом, вы­шитая драгоценными камнями в со­четании с мягкой атласной туникой и тонкой вуалью, была произведени­ем высокого художественного вкуса. Однако в этих блестящих костюмах характерные особенности византийского решения внешнего облика жен­щины только намечены. Его воплощение мы находим в прославленной мозаике храма Сан-Витале в Равен­не. где изображена императрица Фе­одора со свитой (548 год). Костюм императрицы подобен одея­нию императора, но еще более рос­кошный: пурпуровая мантия, венец, обилие драгоценностей. Одежда же женщин-придворных полностью скрывает тело; сверх столы с длин­ными узкими рукавами надета пенула, превращенная теперь в богатое одеяние из парчи. Как и многие ви­ды византийского костюма, пенула бытовала долго. С ее помощью создавали различные цветовые сочета­ния: пенулу из ткани с рисунком но­сили с одноцветной столой, или, на­оборот, пестротканую столу надева­ли с одноцветной пенулой.

На протяжении времени изменя­ется и далматика. В X веке она ста­новится довольно узкой, длинной, из плотной парчи, с длинными, силь­но расширенными книзу рукавами. Носить такую далматику имели право только императрицы. Полностью скрывая фигуру, она пре­вращает женщину в роскошно убран­ный цилиндр, формально выполняя главное требование церковной тра­диции. Этому же костюму соответ­ствовала и прическа из искусствен­ных волос, подобная сложному го­ловном убору.

Интересные виды одежд визан­тийских девушек-аристократок нахо­дим мы среди церковных изображе­ний мучениц. Мученицы-девы трак­товались византийской церковью как «невесты» Христа и поэтому, независимо от их действительного социального положения, их всегда изображали в самых великолеп­ных одеждах, доступных в реальной жизни лишь богатым аристократ­кам.

Красочные, утонченные по соче­таниям цветов, очень интересные по форме и покрою, изысканные но пропорциям и ритму костюмы на мученицах, изображенных на мозаи­ке в церкви св. Аполлинария Нового в Равенне.

Значительно видоизмененные, иные по пропорциям костюмы мы видим на скульптурах мучениц в цер­кви Санта Мария делла Валле в Чивидале (середина VIII века).

Изображение более позднего ко­стюма девушек-аристократок встре­чается и на миниатюрах. Так на миниатюре из манускрипта «Слава и Власть» две девушки подносят всаднику венец и воинский шлем. Обе они изображены в движении, и поэтому хорошо видны пласти­ческие свойства тканей их одежды — плотных, но мягких. На девушках одинаковые узкие прямые тупики с длинными узкими рукавами, а све­рху не далматики, а одежда без рукавов, состоящая из свободного лифа и узкой короткой туники. До­полняют их костюм не покрывало или вуаль, а узкие шарфы. У левой шарф спускается с левого плеча, у правой — с правого. В этих костюмах виден уже значи­тельный отход от византийского традиционного идеала женского об­лика.

Еще более чуждый традицион­ному женский ослик появляется в XIII веке, в изображении танцу­ющей Саломеи. Но Сало­мея не святая дева, а грешница и да­же преступница: как гласит легенда, за свой чувственный восточный та­нец она потребовала голову невин­ного Иоанна Крестителя. Может быть поэтому художник и изобразил ее в гаком великолепном красно-пурпуровом платье из мягкой ткани, обрисовывающей все движения ее мо­лодого тела в танце.

По немногим сохранившимся ми­ниатюрам можно судить об одежде горожанок различного достатка. Обычай ходить с покрытой головой для замужних и вдовых женщин су­ществовал в Византии издавна. Оставлять открытыми волосы име­ли право только девушки. Им же разрешалось носить и короткую вер­хнюю тунику. Эти туники (вариант далматик) отделывали вы­шитым оплечьем и каймой понизу. В известных кругах бытовала и лег­кая одежда из довольно мягких тка­ней с короткими рукавами — так, во всяком случае, изобразил художник XIV века танцующую на свадебном шествии деву. Но совсем не­обычный женский костюм, идущий вразрез с установившимися и исто­рически правильными представлени­ями, нарисовал византийский худож­ник. одев в него самаритянку, бесе­дующую с Христом. Образ жизни са­маритянки дал повод художнику изобразить женщину легкомыслен­ного поведения: кокетливая причес­ка, большое декольте, короткие ру­кава и туника с облегающим высо­ким лифом — все полно жизненной правды и создано для того, чтобы привлекать. Здесь художник приотк­рыл нам ту сторону Византийской жизни, которая не вошла в изобрази­тельное искусство Византии.

Женскую обувь — мягкие башма­ки из кожи — чаще всего делали бе­лого, красного и желтого цветов. Обувь аристократок была из шелка и парчи, украшенная вышивкой, дра­гоценными камнями и жемчугом.

Украшения

Ювелирное искус­ство Византии — это большая об­ласть декоративного искусства. Особенно прославились византийские эмали в сочетании с зо­лотом, гонкой филигранью и чекан­кой. Диадемы, серьги, шейные украшения, браслеты, кольца, пряжки, застежки — все отличается единством стиля и высоким художественным мастерством. Влияние византийско­го ювелирного искусства и костюма больше всего было ощутимо в Древ­ней Руси.